С некоторых пор мосье Хамиль всегда ходил в серой джеллабе, чтобы не быть застигнутым в пиджаке, когда его призовет Господь. Он посмотрел на меня и промолчал...
Гегелева апофтегма **** достигает своей истинной формы и принимает такой вид: логическое эвольвирует ***** в природу, а приро..
асторальной деревушки, которую он знал, его книги, запрещенные когда-то и считавшиеся нравственным ядом, ведущим к отравлению души и сердца, безумию и смерти, занимают свое место на полках ..
«Капитаны песка», закладка на странице 10 (прочитано 6%)
«Бескрайние земли», закладка на странице 10 (прочитано 4%)
«Мертвое море», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Полосатый кот и ласточка Синья», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Жоржи Амаду
Антонио Балдуино
нацелил было кулак в окровавленное лицо немца, но Эргин опередил его и
молниеносным выпадом нанес негру страшный удар в правый глаз. И, не
давая ему опомниться, навалился на негра и теперь молотил его по лицу,
животу, груди. Балдуино снова безвольно повис на канатах, не отвечая
на сыпавшиеся удары. "Только бы не упасть", - думал он, изо всех сил
цепляясь за спасительные канаты. Немец, молотивший его по лицу,
казался негру дьяволом. У Балдуино из носа лила кровь, правый глаз
заплыл, щека под ухом была разорвана. Он как в тумане видел перед
собой прыгающего белого человека, и глухо, словно издалека, до него
доносился рев толпы. Зрители бесновались: их герой, того гляди,
растянется на ринге. Они ревели:
- Задай ему, задай ему, негр!
Но вскоре, сраженные происходящим, смолкли. Немец избивал негра,
и тот даже не сопротивлялся. И тогда толпа снова завыла, заулюлюкала:
- Черная баба! Баба в штанах! Бей его, белобрысый, бей его!
Негр покорно позволял избивать себя, и это приводило их в ярость.
Они заплатили три мильрейса за право увидеть, как чемпион Баии
разделает этого белого с его титулом чемпиона Центральной Европы. И
вот теперь на их глазах разделывали негра. Болельщики негодовали,
вскакивали с мест, подбадривали то белого, то негра. И все облегченно
вздохнули, когда гонг возвестил конец раунда.
Антонио Балдуино, держась за канат, побрел в угол ринга.
Человечек с сигаретой сплюнул и закричал:
- Где же он, негр Антонио Балдуино, победитель белых?
Антонио Балдуино услыхал этот выкрик. Он отпил глоток кашасы из
бутылки, протянутой ему Толстяком, и обернулся к зрителям, ища
обидчика. Голос звучал металлом:
- Где он, победитель белых?
И часть зрителей подхватила и повторила хором:
- Где он? Где?
Балдуино обожгло, словно его хлестнули плетью. Он не чувствовал
боли от ударов немца, но оскорбления своих были непереносимы. Он
сказал Толстяку:
- Кончится матч - проучу этого типа. Следи за ним...
И едва прозвучал гонг и начался третий раунд, негр бросился на
Эргина и нанес ему удар в челюсть и сразу же второй - в живот. Теперь
зрители снова узнали своего любимца, и со всех сторон раздались
возгласы:
- Давай, Антонио Балдуино, давай, Балдо, бей его!
Коренастый негр снова шлепал себя ладонями по коленям в такт
своим выкрикам, а тощий человечек улыбался.
Балдуино осыпал немца ударами, и каждый удар распалял его все
больше и больше.